logo_tabmag
№5(134) май 2013

| 2013|



2012| 2013| 2014
   история \ Газета "Табачный Магазин" №5(134) май 2013

Конец эпохи «Явы»



История табачной фабрики «Ява» восходит к середине позапрошлого века. В 1856 году в Москву из Харькова прибыли три караимских предпринимателя: Авраам Зурна, Самуил Габай и Авраам Капон. Здесь они сначала занялись торговлей табачными изделиями, а затем взялись за создание собственной табачной фабрики. Оставить свое дело в Харькове они решились в расчете на более широкий рынок сбыта, суливший солидные прибыли. В начале 1860-х мастерская уже существовала. Первыми рабочими на фабрике были разорившиеся крестьяне отец и сын Рубцовы. Развитие шло неспешно: и через десяток лет на фабрике было лишь несколько ручных машин для резки табака да человек двадцать работников.

16 октября 1864 года на имя московского генерал-губернатора М.Л. Офросимова поступило официальное прошение. Основатели фабрики не спешили с легализацией производства, видимо, решив для начала убедиться, что рынок хорошо принимает их продукцию, и со сбытом проблем нет. В прошении харьковский купец 2-й гильдии А. Капон просил разрешить ему и купцу 2-й гильдии Потомственному Почетному гражданину города Евпатории С. Габаю открыть в Москве табачную фабрику «в Тверской части, в 5-м квартале, в доме Никитина, по Салтыковскому пер. № 396». Разрешение было дано при условии, что оба заявителя не иудейского вероисповедания. И Капон, и Габай были караимского вероисповедания. Союз длился недолго: вскоре Капон вернулся в Харьков, и С. Габай на московской фабрике остался один. Позже к нему присоединилась его верная помощница и жена Анна Юфудовна. В 1872 году у них родился сын Иосиф. В 19 лет он поступил работать на фабрику отца и стал хорошим специалистом табачного дела.

Двадцать лет, до 80-х годов XIX века, производство на фабрике Габая ограничивалось только резкой сырья. Листовые табаки в папушах сортировали, расщипывали и крошили на ручных станках. Крошеный табак после просушки разрыхляли, набивали в пачки (картузы) и заклеивали бандеролью. Качество продукции было высокое, что подтверждают медали, полученные на выставках в Лондоне (1862 г.) и в Париже (1867 г.).

С появлением папирос табачные предприятия России начали выработку этой продукции. В 1883 году скрутила первые папиросы и фабрика Габая. Технология была примитивная. Все делалось вручную: клеили гильзовые мундштуки с просечкой, набивали «рубашки» табаком, соединяли составные части папиросы, укладывали готовые изделия в коробки. Производительность труда даже самой ловкой работницы за 14-часовую смену не превышала полутора тысяч штук. Однако дело развивалось, популярность папирос росла, надо было увеличивать их выпуск, но это было невозможно на основе ручного труда. Конкурентная борьба вынудила Габая установить на фабрике гильзовые и набивные машины – изобретение талантливых русских инженеров Семенова и Кацкого. Машина Семенова, например, в минуту набивала 120 папирос. Механизм ее оказался настолько надежным, что две такие машины проработали на фабрике почти сто лет.

В 1882 году, когда производством уже руководила вдова Анна Габай, на фабрике появился первый паровой двигатель, количество рабочих перевалило за сотню. В начале 90-х годов XIX века работало уже около 300 человек, причем десятую часть из них составляли караимы. В 1891 году Анна Габай имела магазины в Москве на Тверской улице и на Петровке, а также в некоторых других городах империи. Однако большую часть товара фабрика сбывала через Нижегородскую ярмарку. В 1893 году прибыль фабрики составила 33 тысячи рублей, а в 1895 году – 100 тысяч рублей. Доходы позволили предприятию преобразоваться в «Товарищество табачной фабрики С. Габай», приобрести участок земли площадью 1,8 десятины на 3-й улице Ямского поля, вдоль Петербургского шоссе. В 1900 году было начато строительство нового фабричного корпуса на этом участке. Строительство было завершено к 1902 году, и фабрика переехала, здесь она находится и по сей день. Устав «Товарищества табачной фабрики С. Габай» был принят в 1895 году. Учредительницей товарищества выступила Анна Юфудовна Габай. На общем собрании пайщиков, состоявшемся 30 декабря 1895 года, А.Ю. Габай была избрана председателем правления.

В 1905 году директором «Товарищества С. Габай» стал 33-летний Иосиф Самуилович Габай, сын основателя фабрики. На производстве тогда работало уже около 900 человек, более 70% из них были женщины. Вскоре конкуренция и неопытность молодого руководителя поставили предприятие на грань банкротства. Фабрика вынуждена была обратиться к кредиторам с просьбой об учреждении по ее делам администрации, которая и была создана 20 декабря 1907 года. Она просуществовала шесть лет, до 21 апреля 1913 года. В 1912 году пайщики «Товарищества табачной фабрики С. Габай» продали свои паи «Товариществу табачной фабрики А.Н. Шапошников и Ко» в Санкт-Петербурге, которое и решило вопросы с кредиторами, а администрация была снята. Новое правление руководило работой фабрики в интересах акционеров вплоть до национализации в 1918 году.

Во время Первой мировой войны фабрика была причислена к предприятиям, работающим на оборону. В то время она выпускала более 30 названий папирос, среди них такие марки, как «Посольские», «Леда», «Басма», «Герцеговина Флор», «Царские», «Ява» и другие. Вся продукция отправлялась в действующую армию, госпитали, лазареты, учреждения Красного Креста и Всероссийские союзы земств и городов. В период войны значительно увеличился спрос на табачные изделия. Товариществу удалось закончить даже революционный 1917 год с прибылью в 231 669 рублей, хотя это и составило примерно 60% от планировавшейся.

В конце июня 1918 года советской властью был издан декрет о национализации промышленности. По этому декрету подлежало национализации и «Товарищество табачной фабрики С. Габай». В данной ситуации Правление поступило весьма дальновидно, решив не устраивать саботаж, а оставаться на своих местах и получать вознаграждение, как и до выхода в свет декрета. Товарищество было переименовано в «Государственную табачную фабрику № 2».

Еще до революции, пользуясь в основном отечественным сырьем, фабрика Габая около 1% сырья закупала с островов Ява и Суматра, отдавая предпочтение табаку с Явы: он был крупнее и грубее, зато более горюч, слаб и менее горек. В конце 1920 года фабрику посетила делегация трудящихся Индонезии, и в честь установления дружественных отношений фабрика получила название «Государственная табачная фабрика № 2 “Ява”». Слово «Ява» в названии фабрики сохранялось вплоть до начала 2013 года, когда табачная фабрика «БАТ-Ява» фактически прекратила свое существование, став лишь объектом недвижимости в виде брошенной фабрики.

В первые годы Советской власти технологический процесс производства табака и папирос, уровень его механизации мало чем отличались от дореволюционного. Гильзовый, папиросонабивной, укладочный – такое цеховое деление папиросного производства было на «Яве» в послереволюционные годы. Предприятие расширялось, переоснащалось, а технологический цикл оставался прежним. Слишком много перевалок, нередко выполнявшихся вручную, оставалось на различных его этапах. Например, готовые гильзы из цеха на первом этаже поднимали на третий, в папиросонабивной цех, а потом опять спускали вниз для укладки в пачки. Терялось время, велик был брак. Уложенные друг на друга гильзы – изделия весьма «нежные» – зачастую мялись при транспортировке.

Советская промышленность начала выпускать более производительные машины, но старая технология, применявшаяся на фабрике, не давала возможности использовать оборудование на полную мощность. Даже внедренные впервые на «Яве» в 1927 году машины по укладке папирос в пачки не решали проблемы в целом. Кардинальный выход заключался в ликвидации межцеховой транспортировки. Проблему эту удалось решить, что не замедлило сказаться на эффективности производства. Увеличивался выпуск продукции, улучшалось качество готовых изделий. Если до революции фабрика выдавала за день один миллион папирос, то к 1940 году их ежедневный выпуск достиг 40 млн штук. В предвоенные годы многие процессы были механизированы, с 60 до 300 возросло число гильзовых и набивных машин. В подготовительном отделении появились барабаны для увлажнения табака, устройства для разрыхления табака. В цехах установили подъемники и транспортеры. По механизации производственных процессов «Ява» вышла на одно из ведущих мест среди табачных предприятий страны.

Дальнейшее развитие производства было прервано Великой Отечественной войной. Когда пришел приказ об эвакуации, часть оборудования, запаса сырого табака и бумаги погрузили в вагоны и в сопровождении нескольких десятков специалистов отправили в Куйбышев, Казань, Саратов. Там работники «Явы» буквально сходу организовали новые табачные производства. Не прекращалась работа и на самой фабрике. Годовой план 1941 года фабрика выполнила по папиросам на 62,2%, но увеличила выпуск табаков до 139%. 157 работников «Явы» были награждены медалями «За оборону Москвы». Именно на «Яве» мастера Погарской фабрики выполняли спецзаказ: крутили подарочные сигары для Черчилля к встрече «тройки» в Тегеране в 1943 году.

После войны прежде всего надо было укрепить сырьевую базу предприятия. Поэтому в 1946 году тридцать человек с «Явы» были командированы в Крым на восстановление разоренных фашистами табачных плантаций. Они сумели выбрать оставшиеся запасы и обеспечить фабрику сырьем до следующего урожая. Большие перебои случались с поставкой упаковки для папирос. Зачастую, не дожидаясь ее поступления, приходилось просто заворачивать изделия в бумагу и отправлять потребителям – так велик был спрос. Чтобы ликвидировать перебои с упаковкой, на фабрике был создан печатный цех, в котором стали печатать красочную упаковку для папирос «Беломорканал», «Казбек» и других. В 1947 году на «Яве» появились две первые сигаретные машины. Установили их в папиросонабивном цехе. Отсюда вышли первые пачки знаменитых советских сигарет «Прима». По мере повышения мощности цеха высвободившиеся из-под папиросного оборудования площади занимались под сигаретные машины.

Папиросы «Ява» производились с 1912 года, а полвека спустя, в 1966 году, на фабрике решили взять это название для новейшей продукции – первых советских сигарет с фильтром формата King Size. Еще в 1920-х годах «Ява» выпускала папиросы с кусочком ваты в мундштуке, и вполне естественно, что именно на «Яве» в 60-е годы XX столетия начались эксперименты по «оснащению» сигарет фильтром. К слову, в США и тем более в Европе массовые сигареты с фильтром выпускались уже с начала 1950-х годов, но железный занавес новая технология преодолела не сразу. Постепенно сигареты с фильтром заняли долю в 70% от общего объема производства фабрики «Ява». Если в 1966 году их было выпущено всего 85 млн штук, то в 1975-м – почти 6 млрд.

В середине 1960-х годов советское правительство выделило 3 млн долларов на закупку в Великобритании 50 современных машин фирмы Molins для производства сигарет. Из них 17 были установлены на «Яве». Ассортимент этой продукции достигал тогда двадцати наименований. Отличал пачки не только внешний вид упаковки: «Вечерние» были с пониженным содержанием никотина, «Золотое руно» и «Советские» обладали оригинальным ароматом, а знаменитые «Ява-100» в черной пачке были самыми длинными и элегантными сигаретами, доступными советскому человеку. Вместе с установкой нового оборудования в середине 1960-х годов, когда производство сигарет с фильтром «Ява» только планировалось, руководство фабрики решило изменить вкус и внешность сигарет. Разработкой вкуса занимался табачный мастер Александр Михайлов. Он исходил из того, что потенциальными курильщиками обновленной «Явы» могут быть потребители «Беломорканала», самых популярных папирос. Соответственно крепость новых сигарет Михайлов сделал близкой к знаменитым папиросам, а вкус – более ароматным и мягким. Примерно тогда же появилась идея разделения сигарет «Ява» на обычные и премиальные. Обычная «Ява» в мягкой упаковке (20 сигарет) стоила 30 копеек и предназначалась для массового курильщика. «Элитная» отличалась более мягким вкусом, твердой упаковкой и стоила на 10 копеек дороже.

Дизайн твердой и мягкой упаковки фабрика заказала финской компании, поставщику сигаретного этикета. Из нескольких десятков вариантов, присланных финнами, руководители «Явы» выбрали оформление, внешне напоминающее пачку «Rothmans»: золоченые буквы «Ява» на синей полосе. Но компания «Rothmans International» обвинила советскую фабрику в плагиате. Вопрос об оформлении твердой пачки решался лично Николаем Подгорным, в то время председателем Верховного Совета СССР. Подгорный сказал: связываться не будем, давайте менять. Так синий фон поменяли на красный. Дизайн мягкой пачки почти не изменился, финны лишь добавили к слову «Ява», написанному курсивом на белом фоне, красный круг – символ солнца, призванный сделать пачку более заметной.

Фабрика всегда оставалась в зоне особого внимания руководства страны. Появление на советских сигаретах первого предупреждения Минздрава (в 1977 г.) связано именно с «Явой». Совместный проект с американцами (сигареты «Союз – Аполлон» в честь совместного космического полета в 1975 году) также был реализован именно на фабрике «Ява», а позднее здесь, наряду еще с четырьмя фабриками СССР, началось лицензионное производство сигарет «Мальборо».

В советское время годовые объемы производства сигарет «Ява» составляли в среднем 10–12 млрд штук. Эту марку было разрешено производить только двум фабрикам: собственно «Яве» и «Дукату». Продукция отличалась, и люди в киосках спрашивали: «У вас “Ява” явская есть?» Это выражение – «“Ява” явская» – стало нарицательным, и потом было использовано в рекламе. «Дукат» делал свою «Яву» до 1989 года.

В 1976 году выпуск сигарет высшего качества составил почти 80% общего выпуска. По объему реализации «Ява» вышла на второе место, а по ассортименту сигарет высшего качества не знала равных среди всех пятидесяти табачных фабрик Советского Союза. Продукция фабрики «Ява» была одной из лучших в стране и даже достойна отправки на экспорт. Об этом свидетельствуют все расширявшиеся международные контакты. Сигареты и папиросы с фирменным знаком фабрики можно было увидеть на прилавках табачных магазинов ГДР, Польши, Монголии и других государств социалистического лагеря.

Этого легендарного российского предприятия больше не существует. В 2012 году на фабрике «БАТ – Ява» было произведено чуть больше 2 млрд сигарет, что означает реальную работу цехов, видимо, лишь первые 1–2 месяца. Остальное время велся демонтаж и вывоз оборудования, перемещенного на предприятия компании «БАТ Россия» в Саратове и Санкт-Петербурге. В конце 2011 года утверждалось, что закрытие фабрики не планируется, хотя отдельные журналисты писали именно об этом, – обсуждалось лишь «усовершенствование структуры производства» компании «БАТ Россия». Либо компания тогда лукавила, либо очень резко поменяла планы. К слову, тогда «усовершенствование» предполагало сокращение вдвое объемов производства в 2012 году по отношению к 2011 (в реальности оказалось – в 10 раз) и «некоторое сокращение персонала, согласованное с профсоюзом предприятия», которое вылилось в увольнение всех 800 сотрудников (частично они были трудоустроены в Саратове и Петербурге). В пользу скоропалительности решения говорит и перенос части машин в Саратов, где зажатая в жилом квартале площадка старой фабрики сама может быть закрыта по требованиям местных жителей и властей. Разумнее было бы построить дополнительные цеха в Конной Лахте под Петербургом, где есть куда расширяться, но в одночасье это не делается.

Так или иначе, но история одной из старейших российских фабрик, легенды отечественного табакпрома и нашей индустриальной истории, бесславно закончена. Печальной иронией выглядит проводимая «БАТ Россия» в те же дни, когда площадка и корпуса старой «Явы» были выставлены на продажу, рекламная кампания сигарет «Ява Золотая», упакованных по 5 штук в золотые «слитки», очень уж напоминающие золотые гробики...



Появление на рынке сигарет «Ява Золотая» в 1997 году сопровождала рекламная кампания «Ответный удар», которая откровенно паразитировала на российском патриотизме. Пачки «Явы Золотой» на плакатах сопровождались символами американской гордости: статуя Свободы гордо держала в своей вытянутой руке пачку «Явы Золотой», американские астронавты обнаруживали пачку «Явы Золотой» на Луне, логотип сигарет рисовали на космическом челноке, эти пачки парили над Манхэттеном, а русский медведь, как Кинг-Конг, забирался на Эмпаер Стейт Билдинг, прихватив с собой огромную пачку «Явы Золотой». Кампания «Ответный удар» эксплуатировала идею патриотичности в стране, проигравшей США холодную войну и униженной финансовой помощью бывших врагов. И люди эту мысль воспринимали с удовольствием и злорадством – хоть так ответить, посмеяться над Америкой. Агрессивная и амбициозная кампания «Ответный удар» имела большой успех – за 3 года рекламной кампании марка завоевала 7% табачного рынка. Сегодня позиции «Явы Золотой» куда слабее, зато стремительно возвращается насаждаемый властью образ Америки как главного врага России. Может быть, компания снова воспользуется старым приемом? Но скорее можно ожидать, что бренд последует за фабрикой, питавшей своей полуторавековой историей его силу.

Газета «Табачный Магазин» | e-mail: tabmag@rustabak.ru
©2001-2020 «Табачный Магазин». Все права защищены.